суббота, 14 января 2017 г.

Понимают ли современные иконописцы смысл иконы?


Чуть больше четверти века назад в Москве прошла первая подобная выставка «Современные иконописцы России». Что изменилось с тех пор? Появился ли у иконописцев свой стиль, или по-прежнему иконы пишутся «как в Византии», «как в XVI веке»? Иконописцев стало больше, но понимают ли они глубинный, богословский смысл иконы? Обо всём этом мы поговорили с искусствоведом Ириной Языковой.

Ирина Языкова. Фото Анны Гальпериной

– Что изменилось с тех пор, когда вы более 25 лет назад делали первую выставку современной иконописи?

– Тогда, в 1989 году, сразу после 1000-летия крещения Руси, мы боялись, что не наберем икон на достаточно большой зал, но набрали около ста работ, и очень радовались. Участники той выставки были полуподпольными иконописцами, имена которых почти не знали, за исключением нескольких человек, например, архимандрита Зинона (Теодора), его имя уже было на слуху.

Конечно, тогда был начальный уровень: иконописцы только начинали открывать традицию, хотя некоторые работали уже 10-15 лет. Но это было после десятилетий тотального уничтожения церковной культуры, это была духовная пустыня.

Сегодня же можно сказать, что традиция восстановилась и развивается. По-разному, на разных уровнях – есть иконописцы, которые делают работы очень высокого качества, но также очень много ремесленников. Ведь традиция идет не только вглубь, в высоту, но и вширь, – открывается много храмов, много людей заказывают иконы.

Ремесленники – это тоже нормально, и в Древней Руси не все были Андреи Рублевы. Средний уровень, слава Богу, растет. Но важны ориентиры – те, на кого стоит равняться, кто может быть учителем, кто пролагает пути традиции, а не только повторяет пройденное.

Поэтому мы стараемся на выставке показать мастеров, разные мастерские, но также и учебные заведения: это иконописная школа Московской духовной академии и Свято-Тихоновский университет, иконописная школа святого Алипия Печерского из Дубны. Дипломные работы студентов расположились рядом с работами уже сложившихся мастеров, таких как отец Зинон, Александр Лавданский, Александр Соколов, отец Андрей Давыдов, Ирина Зарон. Это нужно, чтобы показать, что молодые тоже могут писать достойные иконы, что есть у мастеров достойная смена.

Молодеющая традиция

На выставке вообще много работ молодых иконописцев, и это радует – традиция молодеет. Одно время мне казалось, что хорошо работают только мастера, которых я знала 20-25 лет назад, и что всё время повторялись одни и те же имена. Сейчас появляются новые имена.

Е. Луканина. Умиление

Сегодня успешно трудится уже второе поколение, есть целые династии иконописцев. Например, прекрасно работает Филипп Давыдов, сын отца Андрея Давыдова, со своей женой Ольгой Шаламовой; Александр Черный, сын Сергея Черного; дети Лавданского и Соколова тоже приобщились к церковному искусству. То есть в иконопись пришли люди, которые видели, как делается икона, с самого детства, они буквально выросли на лесах храмов.

Обычно мы показывали работы московских иконописцев, но на эту выставку удалось привезти произведения иконописцев из Питера, Владимира, Суздаля, Архангельска, Свияжска, Твери. Так что выставка дает представление, что делается в других городах, а не только в столице. Вообще-то это редкий случай – когда столько разных иконописцев экспонируются вместе.

В. Жданова. Преподобный Серафим Вырицкий

Различать стиль и канон

– Можно ли говорить про язык современной иконы?

– Нельзя сказать, что существует какой-то общий стиль – мы видим сегодня большое стилистическое разнообразие. И это хорошо.

Но еще важно отметить, что сегодня есть общее стремление к тому, чтобы сделать икону художественным произведением, а не просто неким слепком, списком, копией, чтобы повторить все складочки древних образов. В то же время многие иконописцы, создавая произведение, стремятся не потерять каноничность, строгость, молитвенность.

Мне нравится разнообразие стилистических поисков, потому что одно время было распространено стремление сделать икону «как в XV веке», например, или «как в ранневизантийский период» и так далее. А сейчас развитие идет по пути, что называется, авторской иконы, когда нет привязки к определенному стилю, но появляется своя самостоятельная и очень узнаваемая манера. Иконописцы, слава Богу, стали различать стиль и канон, и при соблюдении канона они не боятся художественной свободы, поиска новых выразительных средств.

Иван Кусов, Святой целитель Пантелеимон

Хотя на выставке есть и иконы-копии, они хорошего качества, в них точно виден и образец, и мастерство исполнителя, но их немного, всё больше иконописцев, которые уже хорошо усвоили иконописный язык, свободно перерабатывают образцы и выдают оригинальные вещи.

Бог же не творит всё одинаково – и человек тоже должен стремиться к тому, чтобы творить новое. И для Бога в том числе.

Конечно, иконы пишутся для Церкви, для Бога, а не для самовыражения, в них не нужно стремиться показывать что-то эдакое, сильно оригинальничать. Но икона должна быть высокохудожественным произведением, иконописец может сказать свое слово так, чтобы оно было услышано, написать так, чтобы его икона стала для кого-то откровением.

По идее, каждая икона, каждый образ должен быть уникальным, потому что красота любого святого индивидуальна, неповторима. Я уж не говорю о Богородице, о Христе.

Тон свободы, поиска, художественной неповторимости, что особенно чувствуется в последнее десятилетие, опять же задают мастера. Помню, каким открытием стали лет 10-15 назад появившиеся на выставке иконы Ирины Зарон. Она с начала девяностых работала для храмов, ничего не показывая на выставках, как-то вдали от всех. А потом однажды дала свои иконы на выставку и все стали ходить смотреть на них, потому что она – удивительный художник, ее ни с кем не спутаешь, она пишет канонично и при этом свободно, я бы сказала, в художественно изысканной манере, и это всегда живые и по-настоящему новые произведения.

Мария Египетская

Богословие или ремесло?

– Насколько сейчас художники прониклись именно богословским пониманием иконы?

– Есть иконописцы-богословы, но их мало. Отец Зинон – редкий пример, чтобы понять это, достаточно почитать его тексты. С некоторыми его суждениями трудно согласиться, но именно потому, что он думает, размышляет, ищет. Александр Соколов, недавно от нас ушедший, тоже смотрел на икону с точки зрения богословской глубины.

По большей же части люди идут путем ремесла, в лучшем случае – искусства, постигая икону с этой стороны. Это тоже неплохо, мастерство необходимо. Но, к сожалению, не все понимают, что такое богословский язык иконы. Теоретически все сегодня грамотные, все читали Флоренского, Трубецкого, Успенского, писания Святых отцов об иконе – Иоанна Дамаскина, Федора Студита… Но икона не просто отражение богословия, она и есть способ богословствования. Вот этого, к сожалению, в большинстве случаев у иконописцев нет, они не могут пойти дальше, чем просто художественное выражение канонических форм.

Поэтому не все понимают глубину образа, не все умеют сделать новый образ. Но всё равно сейчас в иконописи есть движение, нет застылости на месте, и это хорошо, это живой процесс.

По выставкам, которые проходят раз в два-три года, я вижу, что и молодые растут, тянутся, пользуются находками, пусть не своими, а чужими, всё равно это движение.

М. Шешуков. Симеон Богоприимец

– Иконописцам стало понятно, как писать образы новомучеников?

– К сожалению, это остается проблемой. Мы, когда собирали эту выставку (а готовить ее начали больше чем за полгода), даже просили некоторых иконописцев: «Напишите какие-то новые образы». И я заметила, что очень мало пишут новомучеников, потому что они не получаются. Как правило, берут древних святых, просто менее известных…

Сделать новый образ – это уже значит мыслить по-иконному. То есть не просто научиться ремеслу, не просто быть художником, который пишет в иконном стиле, а действительно сделать новый образ. Пока так не получается. Образы новомучеников – это, наверное, самая большая проблема вообще в современной иконописи.

Имена иконописцев нужно знать

– На что стоит обратить внимание на выставке?

– Всегда радует Ирина Зарон, ее тонкие и глубокие работы. Рядом с ними, по контрасту – замечательные иконы отца Андрея Давыдова из Суздаля, который работает в технике энкаустики (восковой живописи). У него всегда яркие, декоративные, радостные образы.

Есть на выставке две иконы отца Зинона. Это, кстати, редкий момент, он не любит давать иконы на выставку.

Архимандрит Зинон. Святой Исаак Сирин

Заслуживают внимания работы иконописца, которого мы недавно открыли через интернет – Максима Шишукова из Свияжска. Он, художник по образованию, пишет очень необычно, ни на кого не похоже.

Интересны работы петербургских иконописцев – Филиппа Давыдова и Ольги Шаламовой, Дмитрия Мироненко, Александра Стальнова.

Дмитрий Мироненко. Святой первомученик Стефан

Хочется отметить работы мастерской Новотихвинского монастыря из Екатеринбурга.

Мастерская Новотихвинского монастыря. Снятие с Креста

На выставке есть и мозаика. Так, Александр Давыдович Корноухов дал свой эскиз в материале – огромная четырехметровая мозаика Спасителя. Интересны мозаики молодого мастера Дениса Иванникова.

– Сейчас много учебных заведений, готовящих именно иконописцев. Но на слуху почему-то всё те же имена мастеров, которые начинали еще в советское или постсоветское время, у которых было художественное образование, но иконопись они изучали самостоятельно…

– Имена младшего поколения иконописцев просто не на слуху, но они есть. Те же Филипп Давыдов, Ольга Шаламова, Денис Иванников, которых я упомянула. Или, например, Александр Солдатов (он в нынешней выставке, правда, не участвует), выпускник Иконописной школы при Московской духовной академии, сейчас он уже преподаватель – это один из лучших мастеров сегодня. У нас представлено несколько дипломных работ этой школы, показывающих, что там обучают на очень высоком уровне.

Зачем мы устраиваем выставки? Именно для того, чтобы люди знали имена современных иконописцев. Потому что даже в храмах, которые расписывали известные художники, прихожане часто этого не знают.

Я сколько раз спрашивала в Серпухове: «Вы знаете, кто написал икону “Неупиваемая Чаша”?» Не знают. И удивляются, что написал ее на тот момент 33-летний Александр Соколов: «А мы думали, она старинная».

Мне хочется, чтобы выставка была для народа открытием имен. Мы привыкли, что искусство иконы анонимное. Да, оно анонимное в каком-то смысле. У нас нет традиции подписывать иконы, как в Греции. Но всё равно и в Древней Руси знали имена Андрея Рублева, Дионисия, потому что их искусство отличалось от других и люди это замечали.

Хотелось бы, чтобы люди ходили на выставку, смотрели, узнавали и запоминали эти имена, эти образы, чтобы они знали: у нас хорошие иконописцы, есть на что посмотреть, есть чем полюбоваться, есть даже у кого заказать икону.

У выставки много целей, и надеюсь, что все они будут достигнуты. Надеюсь, что выставка не разочарует, а наоборот, будет открытием для многих людей.

Ирина Константиновна Языкова родилась в Москве. В 1981 году окончила отделение искусства исторического факультета МГУ. После университета работала в Государственном музее архитектуры им. А.В. Щусева, затем во Всероссийском обществе охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК).

С 1980-х годов читает лекции по иконописи для самой широкой аудитории. Впоследствии эти лекции легли в основу ее первой монографии «Богословие иконы», написанной по заказу Московской Патриархии, готовившей серию учебников для духовных школ. Вышло второе, исправленное и дополненное издание «Богословия иконы».

С 1991 года преподает в богословских вузах. Первым среди них был Общедоступный православный университет (ОПУ), основанный протоиереем Александром Менем в 1990 году. В 1995-м перешла в Библейско-богословский институт святого апостола Андрея (ББИ), который выделился из ОПУ как самостоятельный аккредитованный богословский вуз. Ныне она занимает должность проректора ББИ.

С 2001 года читает курс по церковному искусству в Коломенской духовной семинарии. С 2002 года преподавала также в Российском православном институте святого Иоанна Богослова на факультете церковно-исторической живописи. Была деканом этого факультета.

В 2002 году в Италии издательством «Матрёнин двор» была выпущена книга Ирины Языковой «Се творю всё новое. Икона в ХХ веке». Книга вышла на двух языках – итальянском и русском – и стала первым серьезным исследованием иконописной традиции прошедшего столетия. Эта книга легла в основу диссертационной работы Ирины Языковой «Икона в духовной культуре России ХХ века» на соискание ученой степени кандидата наук, которую она защитила в 2005 году.

Весной 1989 года, работая в ВООПИиК заведующей выставочным залом, Ирина Языкова подготовила выставку «Современная икона», которая экспонировалась в Знаменском соборе на Варварке (тогда улица Разина). С этого времени исследовательский интерес Ирины Языковой сосредоточился на современном иконописном творчестве. Ею написаны десятки статей, подготовлены несколько каталогов современных иконописцев, она постоянно выступает с этой темой на научных конференциях и круглых столах, устраивает выставки.

В 2008 году Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II наградил Ирину Языкову орденом святой равноапостольной княгини Ольги III степени за многолетнюю преподавательскую работу и исследовательскую деятельность.

Комментариев нет:

Отправить комментарий