среда, 31 января 2018 г.

Святыни Отечества. Год 1915
Второй крестный ход из Решемской обители


Верстах в 25-ти от Решемской женской обители среди леса, вдали от селений, находится скит с церковью во имя Казанской иконы Божией Матери; называется он Пустынью

Сюда уже 2-ой год совершается крестный ход с монастырскими святынями, который в пути постепенно пополняется крестными ходами из соседних сел. Описать этот ход трудно: нужно самому участвовать в нем, чтобы вполне усвоить ту дивную картину, которая при этом наблюдается, и пережить то, чем бывает захвачен народ в таких случаях.. Все-таки берусь за перо, чтобы занести на страницы печати кое-что из моих личных наблюдений и переживаний, которыми хочется поделиться с другими. 

Борис Кустодиев. Крестный ход. 1915

17 июня. Тихий летний день. С полудня подходят к монастырю паломники. Ищут тени для отдыха и подкрепляются из своих незатейливых пищевых запасов. 5 часов вечера. С колоколен села Нагорного, слободы Решмы и Решемского монастыря несется, оглашая окрестности, красный звон. Это завидели идущий из с.Даниловского крестный ход с местно-чтимой святыней – древним Животворящим Крестом. Духовенство, игумения монастыря мать Досифея, сестры обители и нарядная толпа встречают крестный ход. Вошли в храм св. обители. Епархиальный Миссионер свящ. Алексей Диаконов говорит приветственное слово. Служится молебен. Тем временем подходит еще крестный ход из с. Эза. Через час начинается всенощная. В храме тесно, душно… С подъемом духа собором иереев читается акафист перед Боголюбской иконой Божией Матери; из него особенно прочувствованно произносятся слова о том, как св. князь Андрей защитил свой стольный град от нашествия татар не внешней силой, а благодатным заступничеством Богоматери; повышенное настроение передается в народ, переживающий ужасы нашествия современного Тамерлана. Слышатся вздохи. На некоторых лицах видны слезы…

Владимир Муллин. Утро Крестного хода

В 4 ½ ч. утра благовест к Литургии. За Литургией говорит поучение о. Миссионер, напоминая историю явления Боголюбской иконы и отдельные случаи небесного заступничества Пресвятой Богородицы. В 7 ч. утра крестный ход дополненный иконами и хоругвями из церквей слободы Решма и с. Нагорного, вышел из Решемской обители. Через пол часа, спустившись с высокого Решемского берега он вступил на паром. Утреннее солнце ласково и ярко играет на позолоте хоругвей, крестов и икон; паром до тесноты наполненный богомольцами, тихо отчаливает от берега сопровождаемый множеством лодок. Умилительная песнь: «К кому возопию, Владычице» разлилась по берегу и воде. Вдали показался «Самолет». Зычный свисток его утонул в общем хоре звуков – красного звона с церковных колоколен и пения монахинь и духовенства. 

Владимир Муллин. Высокие берега Плеса

Вот и другой берег Волги. Остановка. Краткий молебен. О. Благочинный говорит прочувствованное слово о том, что Спаситель силен утишить всякую бурю, хотя бы была и буря войны: помните, как он утишил бурю на Генисаретском озере. Идем дальше. Через 3-4 версты село Ильинское. Духовенство этого села с иконами и хоругвями встречает наш ход. Входим в поместительный храм. Все духовенство участвует в служении молебна. О. Миссионер поднимается на амвон и произносит слово утешения молящимся о своих собратиях, грудью и кровью своею отстаивающих благо Церкви, Царя и Родины; приглашает всех оставив вероисповедные ссоры и домашния несогласия, объединиться в единой сердечной молитве у подножия Креста Христова и просить милосерднаго Бога преклонить гнев на милость. 

Владимир Муллин. Великорецкий крестный ход

На пути из с. Ильинского целый ряд деревень. Везде краткие молебны. Везде присоединяются новые богомольцы. В половине пути от Решмы до Пустыни, у домика лесника (это место зовется Якушихой), к крестному ходу присоединяются иконы и хоругви еще от двух церквей 8-го благочиннического округа Кинешемского уезда с о. Благочинным, священником А. Архангельским во главе. О. Миссионер говорит здесь слово о крестоношении и  последовании Христу, а так же о том, как народ шел за Христом, - ловил Его каждое слово, и делает вывод, что нужно уметь и теперь в переживаемых обстоятельствах читать волю Господа, призывающего нас к покаянию и идти за Христом, творя Его святую волю.

Илларион Прянишников. Крестный ход

Заботливая мать игумения приготовила здесь для богомольцев и участников хода кипяток и чай. Расположившись на траве, на поляне, со всех сторон обрамленной лесом, богомольцы составили живописные группы. Духовенство, игумения и монахини, откушавши чаю за столом, сколоченным из двух кровельных тесниц, отходили, давая место другим. 

Соломаткин Леонид. Крестный ход

Прошел час отдыха. Ход отправился дальше – к Пустыни. На горизонте показались тучи. Скоро пошел дождь, не прекращавшийся всю дорогу. С дождем ход и пришел в Пустынь. Его встретил приветственным словом священник Василий Богданов. После краткого отдыха началась всенощная по благовесту в 7 ½ час. вечера. Маленький Пустынский храм едва мог вместить и 20-ю долю молящихся. Было решено одновременно служить две всенощныя. Соборне, в сослужении 8-ми священников, в наскоро устроенном бараке служил о. Миссионер, а в Пустынском храме – священник с. Даниловского Николай Перземский.  За всенощной были сказаны поучения: в храме – о. Н. Перземским, а в бараке – о. Миссионером. Несмотря на усталость, с редким подъемом духа спели монахини акафист Пресвятой Богородице (Казанской). Служба окончилась около полуночи. Все разошлись на краткий отдых – усталые, промокшие. В 4 часа утра все уже были на ногах. Священнослужители в 5 ч. начали проскомидию. Литургию служил о. Миссионер в сослужении четырех священников. Поучение было сказано о. Н. Перземским. По окончании Литургии, о. Миссионер с крестным ходом отправился к часовне (верст за 2), где явилась находящаяся в Решме Казанская икона Божией Матери. Дождь и солнце, казалось, боролись меж собою. Поднялся легкий ветерок, тучи начали убегать очищать дорогу солнцу. Наконец, выглянуло и оно, долгожданное. Среди простой обстановки, в местности, сплошь покрытой девственным лесом, у безыскусственной серой часовни, раздалась песнь хвалы Богоматери. Слово о. Миссионера  вылилось само собой. Он говорил: «Некогда Благодатная посетила Свою родственницу Елизавету и воспела Свою великую песнь; Елизавета была полна благоговейнаго восторга. Посетила Преблагословенная Своей иконой и сей смиренный уголок; значит, и здесь Ея благоволение. Как же нам не радоваться и не торжествовать? Вместе с тем как не просить Божию Матерь о великом и скором заступничестве в нашем и общемировом горе? А залог к тому, что мы будем услышаны, уже есть – это Ея святая икона. Да будет благословен ваш молитвенный подвиг, и покров Владычицы да пребудет над вами!» - закончил о. Миссионер.

Михаил Нестеров. Святая Русь

После молебствия крестный ход вернулся в Пустынь, а оттуда, после небольшого отдыха, пошел в обратный путь. Вечером того же дня он был встречен о. Миссионером с игуменией и сестрами Решемской обители за оградой монастыря. Была отслужена торжественная всенощная Животворящему Кресту. А на утро, после Литургии, Животворящий Крест со славою проводили к с. Даниловскому. 

Михаил Нестеров. Послушницы на берегу реки

Решемской обители пришлось в течении одного месяца принять самое деятельное участие в двух крестных ходах. Нельзя умолчать здесь, прежде всего, о редкой отзывчивости досточтимой игумении Решемской обители, мать Досифеи. Она изъявила свое согласие на участие в крестных ходах не только святыни своей обители, но и хор,  который оказался на высоте своего призвания и своим подвигом сослужил добрую службу миссионерскому делу. От ранняго утра Решемские инокини начали свое дело – поя Господу Богу и совершали его почти непрерывно. Всю дорогу они шли пешком, едва успевая в течение кратковременного отдыха очиститься от пыли и грязи, умыться, переодеться, выпить на ходу стакан чаю. Они всецело отдавались своему делу, увлекаясь переживаемым всеми воспеваемом духа. Один богатый валяльщик – раскольник, в первый раз услышал пение монахинь в с. Шилекша; с того времени он ненавидел все православное и в особенности монахинь. После крестного хода он встретился с монахиней-сборщицей и спросил: «Из какого монастыря?» Та ответила: «Из Решемского». Раскольник опустил свою лепту в кружку сборщицы и добавил: «Теперь я всегда буду жертвовать монахиням; раньше я их не знал, ненавидел и всячески ругал». Такую перемену сделало пение монахинь в крестном ходе. Бывали моменты, когда думалось, что переживаешь лучшую пору христианства, первые его дни, что здесь, между нами, со своими гимнами хор девственниц первых веков. 

Участник хода



Источник: Костромские епархиальные ведомости. №14 от 15 июля 1915 года, стр.: 235-239.