вторник, 3 октября 2017 г.


"Я не умер - я живой"
Рассказ приходского священника


"Последнее целование дадим братии умершей…"
(Чин отпевания усопшего. Стихиры на целование.)

23 марта 2006 года после тяжелой болезни отошел ко Господу игумен Аркадий (Киселев).


Случилось так, что по некоторой нужде приехал в родной город Фурманов, в котором ранее служил на Вознесенском приходе. Четыре с половиной года нес послушание четвертого священника, пока в 2005 году меня не перевели на другое место служения.

Новость о смерти батюшки Аркадия меня застала врасплох, т.к. нужно было собираться в дорогу на службу в дальний свой приход. Но, как бы то ни было, решил для себя, что нужно сходить и отдать усопшему собрату во Христе последнее целование. Помолиться у гроба, послужив панихидку, а так же почитать Святое Евангелие. Над священниками полагается читать Евангелие, т.к. они являются проповедниками Слова Божия.

Вечером, придя в Покровский храм, где стоял гроб с телом усопшего, испросив благословение у настоятеля, принял разожженное кадило для начала панихиды. Думал, что со мной кто-то будет молиться из прихожан, но оглянувшись, никого не увидел. Все сидели в отдельном помещении, в крестильне, переживали раннюю смерть батюшки и готовились к обряду погребения его на следующий день. Ему было всего 35 лет.

Гроб был большой, т.к. и батюшка был не из робкого десятка. Облачен был в священнические ризы, лицо же его закрывал большой воздух (церковное облачение). 

Все мы знаем из духовных книг, что душа усопшего человека в течении трех дней пребывает или рядом с телом или в тех местах, где любила бывать при жизни.

Оставшись наедине с батюшкой, которого очень уважал и почитал, не считая того, что много лет знал его, обратился к нему, сказав вслух: «Батюшка, ты меня раньше ругал, что я долго служу панихиды. Сейчас я буду служить панихиду по полному чину, без сокращений, а ты лежи и смиряйся!» 

Что это было тогда, сложно сказать. Дерзость или дерзновение – так можно охарактеризовать мое поведение тогда. Все это, наверное, от переживаний. Ведь очень жалко было терять дорогого человечка, и поэтому хотелось для него и его души, сделать что-то хорошее.
В тот момент, было ощущение, что его душа стоял у гроба с другой стороны, напротив и говорила мне: «Вот наглец!»

Панихиду служил долго, не спеша, т.к. спешить было не куда. Затем, по ее окончании, подошли другие прихожане и продолжили чтение Святого Евангелия.

На следующий день, на заупокойную Литургию и чин отпевания собралось очень много народа, желая проводить батюшку в последний путь.

Прошло некоторое время и мне снится сон: «Иду я по тротуару, а меня рядом сопровождает черная легковая машина. Через ее боковые открытые окна был слышен спор. Кто то с кем то спорили о мне: «Возьмем его! Нет, не будем его брать!» Другой же настаивал на том, что бы взять меня. Так, машина некоторое время ехала рядом со мной, пока в какой то момент не обогнала. Чуть отъехав, остановилась, после чего была отрыта передняя боковая дверь с намеком, что бы я сел. Усевшись на мягкое сиденье, обратил внимание, что за рулем сидит духовное лицо, т.к. был одет в рясу, но кто это был, я не узнал его. Обернувшись, поглядел на того, кто сидел на заднем сиденье. Там я увидел усопшего батюшку Аркадия, таким хорошеньким, каким его помню, когда с ним познакомились. Лицо его было светлым. «Батюшка, так ты же умер?!» - так сказал я ему в изумлении, на что он сразу ответил: «Нет, я не умер – я живой!». При этом на лице его была улыбка. Понимая, что он все также, по доброму расположен ко мне, как и раньше, тогда я осмелился задать ему другой вопрос: «А ты слышал…?» Здесь я  постеснялся водителя, поэтому вслух не произнес продолжение фразы. По искренним и любвеобильным глазам батюшки можно было прочесть, что он понял, о чем я хотел сказать: «то, что я тебе сказал у гроба?!». «Я все слышал!» - улыбнувшись, проговорил батюшка, игумен Аркадий. 

Царствие тебе Небесное, дорогой батюшка Аркадий!